— Отдай мою руку!

Ваймс вздохнул и с сожалением поглядел на арбалет. Рассвет должен был наступить только через пару часов, однако до момента, когда лучи растекутся по щербатым мостовым Анк-Морпорка, дожить могли далеко не все участники ночной прогулки. В основном, потому что командору порядком надоел этот балаган.

— Отдай немедленно! Это не смешно!

Третью ночь подряд Городская Стража чуть ли не в полном составе проводила в бесплодных попытках поймать Библиотекаря. Если вы когда-нибудь пробовали утихомирить находящееся в состоянии измененного сознания существо, весом около двухсот фунтов, то понимаете, что задача сама по себе была не простая.

А теперь добавьте в условия пункт, согласно которому каждый вечер Библиотекарь исчезал из камеры, куда его водворяли каждое утро. Появиться он мог где угодно в пределах города. Ничего себе неизвестное, а?

— Я вижу его, он вон там, на липе!

— Эт’ не липа.

— Откуда глыбе вроде тебя знать?

— У ней лист другой. Я в книжке видел. А ты не спорь, подземная кр…

— Эй, ботаники, прекратить! Горгульи заметили его на крыше в конце улицы.

Ваймс махнул рукой в нужном направлении и двинулся вдоль стены. В доме напротив с подоконника сорвался и полетел вниз цветочный горшок. Командор проводил взглядом чахлую герань и с немым упреком посмотрел на небо. Силуэт Башни Искусств невозмутимо впивался в чернильную мглу – у волшебников (и их зданий) всегда отлично получалось делать вид, что они совершенно ни при чем.

Наверн Чудакулли, конечно, соизволил объяснить, что они хотели изобрести успокоительное, позволяющее проспать без вреда для здоровья хоть несколько месяцев подряд. Правда, он не смог внятно сформулировать ответ на вопрос, почему яблоко с экспериментальным снадобьем, предназначенное для подопытного кролика, оказалось на столе у Декана, в свободном, так сказать, доступе.

Как подействует успокоительное на Библиотекаря не догадывался никто. Существо, проводившее большую часть времени среди магических книг, было худшим кандидатом на роль добровольца для проведения испытаний - организм Библиотекаря, пропитавшийся октарином насквозь и разве что не излучавший его, преобразовал успокоительное в нечто абсолютно противоположное.

В результате чего позавчера Ваймсу пришлось долго объясняться с хозяином Залатанного Барабана, у которого из уцелевшей утвари остался только один стакан – тот, который он протирал, когда в бар влетел Очень Бодрый Примат.

Вчерашняя ночь прошла более драматично – орангутанг решил нанести визит двум дамам. Вломившись к ним в окно, он принялся размахивать бритвой, жестами показывая, насколько он хорош в парикмахерском деле. К счастью, дело было за несколько минут до восхода, когда «успокоительный» эффект слегка ослабевал, благодаря чему стражникам все-таки удавалось отправить Библиотекаря в камеру, в надежде, что к вечеру волшебники принесут готовый антидот.

— Отдай, кому говорят!

Констебль Башмак сегодня был больше всех заинтересован в поимке жертвы университетских экспериментов – еще в самом начале погони Библиотекарь оторвал руку Реджа и теперь издевательски размахивал ей, перепрыгивая с крыши на крышу.

В конце улицы раздался звон стекла.

— Куда его опять понесло? – устало поинтересовалась Черри.

К звону стекла добавился грохот литавров.

— Там собирается любительский театр, - тоскливо сообщил констебль Башмак. На его не слишком подвижном лице запечатлелась неизбывная грусть, возникшая при мысли, что ему придется искать свою руку среди груды искалеченного реквизита.

— Не самый плохой вариант, - заметил Ваймс. В конце концов, это мог быть приют. Или сумасшедший дом. – Ангва и Моркоу будут тут с минуты на минуту. Наша основная задача – блокировать все возможные входы и выходы. Пусть это исчадие библиотеки творит, что хочет внутри, главное, продержать его там до утра. Итак, Черри и Нобби… - Ваймс рассеянно поискал глазами нагромождение отвратительно-персиковых кружев. Поблизости не оказалось ничего подобного, и командор почувствовал, как в его сердце начало закрадываться ужасное подозрение.

— Где Нобби? – очень спокойным голосом спросил он.

Стражники переглянулись.

— Он… - начала Черри, откашлявшись, - Капрал Ноббс сказал, что он хорошо знает этот театр, и что у него появилась идея.

— И? – Рука Ваймса непроизвольно потянулась к арбалету.

— И-и-и он уже там. Внутри. Я так думаю. – Черри, уловив настроение командора, предусмотрительно спряталась за Детритуса.

— Значит, никому из вас не пришло в голову, что, возможно, Библиотекарь захочет вторую руку, для коллекции? А капралу Ноббсу, который не является зомби, будет очень тяжело расстаться с этой… да и вообще с любой частью своего тела.

Уже на бегу Ваймс подумал, что если найдет Нобби в добром здравии и полной комплектации, то немедленно отправит его в отставку.

Сошлет к Ветинари.

Секретаршей.

Заодно отомстит патрицию за то, что тот открыл Нобби мир лент, кружев, перьев и прочих элементов женской одежды.

Театр представлял собой довольно потрепанное жизнью здание. Видно было, что фасад не раз претерпевал радикальные изменения, о чем говорили слои штукатурки, проглядывающие один из-под другого, как нижние юбки неряшливой белошвейки. Над неровными, перекроенными ступенями колоны поддерживали ветхий навес. Дверь была приоткрыта: к сожалению, новоявленный герой в платье, проникший в театр ранее, успешно справился с замком.

Пройдя по темному и вероятно пустынному коридору, Ваймс очутился в небольшом зале. Перед низкой сценой располагалось несколько рядов простых деревянных стульев.

На сцене стоял гроб.

Вокруг него бродил Библиотекарь.

Командор, услышав, как в зал вваливаются запыхавшиеся стражники, обернулся и жестом велел им не двигаться.

Библиотекарь задумчиво почесал в затылке указательным пальцем Рэджа и подошел ближе к гробу.

Дверь запасного выхода бесшумно отворилась, и в проеме появился волчий силуэт.

В тишине, полной шорохов и скрипов, Библиотекарь откинул крышку.

События, произошедшие следом, сознание Ваймса еще долгое время отказывалось считать реальными.

Орангутанг взвизгнул, увидев, что покоится в гробу, выпустил из ослабевших пальцев руку Рэджа и совершил довольно изящный прыжок в сторону занавеса. Цепляясь за потрепанный бархат, он влез на колосник и уже приготовился вздохнуть с облегчением, когда увидел, как нечто, закутанное в бледно-желтый саван, восстало из гроба и бодро карабкается следом за ним.

Несколько секунд стражники заворожено наблюдали за Библиотекарем и Нобби, буквально порхающим с одной скрипящей, проржавевшей конструкции на другую, изредка пользуясь канатами и стальными тросами. Капрал в облаке кружев напоминал им не то престарелую цирковую акробатку, не то жертву жестоких экспериментов по скрещиванию людей и пауков.

Однако финал представления затмил все впечатления, полученные в процессе. Закладывая очередной вираж, Нобби исхитрился и схватил Библиотекаря за шкирку. Учитывая разницу в весе, орангутанг едва ли обратил внимание на попытку капрала его остановить. В итоге примат продолжил хаотично скакать под потолком, и занимался бы этим до рассвета, в панике пытаясь скинуть со спины странную тварь.

Но тут Нобби, продемонстрировав всем желающим героическое лицо (Черри ойкнула и попятилась), вытянул шею, зажмурился и чмокнул Библиотекаря в щеку.

Единое «ах!» пронеслось по немногочисленным рядам ошеломленных зрителей. Где-то заплакал ребенок.

Орангутанг моргнул несколько раз, а потом широко зевнул и, пошлепав губами, устроился на весьма неуютной на вид балке. Секунду спустя его раскатистый храп прокатился по залу.

Капрал Ноббс неспешно спустился вниз и направился к своим застывшим коллегам.

— Теперь он будет спать, пока волшебники не придумают, как нетрал… нейтрл… что делать с успокоительным, - сообщил он, поправляя оборки на юбке. – Констебль Башмак, твоя рука лежит там. – Нобби махнул в сторону сцены.

Первой обрела дар речи Ангва:

— Как? – Она подошла ближе, запахивая на груди обрывок занавеса. – Как тебе в голову пришло?..

— А? – непонимающе нахмурился Нобби.

— Поцелуй, - выразительно подняла брови Ангва.

Цвет лица капрала никогда не позволял сказать наверняка, но весьма вероятно, Нобби покраснел.

— О. Понимаешь, мы как раз ставили Белоснежку, и там, чтобы разбудить принцессу, принцу нужно было ее поцеловать, и я подумал, что в этой истории тоже замешано яблоко, и возможно, сработает и наоборот. Усыпляющий поцелуй, понимаешь… - капрал окончательно смутился и замолк.

И ведь сработало, - подумал командор. По идее, ему нужно было что-то сказать, отдать какие-то распоряжения, но его мозг все еще был занят обработкой только что увиденного представления.

— А я и не знал, что ты это умеешь, - раздался восхищенный голос капитана Моркоу.

Нобби, на щеках которого абсолютно точно можно было жарить яичницу, горделиво выпятил подбородок.

— Что именно? – уточнил он.

— Играть в театре, - буркнул Ваймс, и тяжело вздохнул. – Тот гроб удивительно подходит тебе по размеру, Белоснежка.

Иногда ему хотелось, чтобы его подчиненные были обычными, желательно – людьми, без всяких выдающихся талантов. Командор оглядел гнома, тролля, оборотня, зомби, несостоявшегося короля и талантливого мистера Ноббса.

А впрочем, и так сойдет, - решил он.